На кабана

Место, к которому мы должны были добраться, находилось примерно в километре от лесной хижины. Пройдя небольшой экскурс по технике безопасности и правилам поведения на охоте, мы испили особого чая Степаныча с лесными травами и чувством предвкушения охоты. Затем лесник заставил меня хорошенько выспаться, поесть и отправиться в небольшое охотничье путешествие.

Около часа мы шли не вымолвив не слова, пробираясь по узким тропинкам в самую гущу леса, казалось с каждым шагом природа менялась, деревья становились мощнее, сильнее, дух леса проникал в каждую клетку организма.  В леснике было столько спокойствия, мира, тишины, что со временем тревоги растворились в свежем сосновом бору.  Правда, пробирались мы к месту зигзагами, отводя все запахи и ароматы, запутывая следы. У кабана хоть и плохое зрение, но нюх никто не отменял…

Запах болота с примесью страха не покидал разум на тропе к зверю, минуя его медленно, неторопливо, шаг в шаг вспоминался разговор, напутствия. Наш путь был долгий, с разными опасными ловушками, то ветви деревьев хлестали по лицу и приходилось прикрывать  руками, то споткнувшись о корягу, чуть не улетел с пригорка в грязную, вонючую яму. Человек неопытный, не привыкший к силовым нагрузкам мог спокойно заблудиться без проводника. Еще в начале пути я перестал ориентироваться, а спустя несколько шагов уже не мог сказать, откуда пришел. Каждый шорох настораживал, атмосфера накалялась, тишина давила изнутри, но все это предвкушало. Степаныч с ружьем на плече возглавлял шествие, от этого становилось теплее и намного спокойнее. Встретиться с  волками и  медведем очень не хотелось. Примерно через полчаса силы стали покидать, снова потянуло в сон от переизбытка кислорода, но хозяин леса уверял – это ненадолго, если ты поставил цель нужно обязательно ее достичь. Идти вперед, не взирая ни на что добиться результата, позже все препятствия останутся там позади, мгновенно забудутся, останется лишь сладкий привкус победы.

Самое интересное меня ожидало впереди, но, не, где будет происходить охота, а как! Егерь постоянно подкармливает своих кабанят, а мы сегодня  немного побраконьерим, конечно, же, с его позволения. По прибытию на место перед нами в сумерках раскрылась поляна во всей своей красе, ожидая местных обитателей. Центр был хорошенько вытоптан, повсюду разбросана подкормка. Могучие сосны стояли как с картинки, оберегая от лишних взоров свою лужайку. Черный ворон резко взлетел с дерева, заставив колючую ветвь всколыхнуться, громко прокаркал три раза, от чего я сразу  вздрогнул, и  сердце застучало сильнее. Немного осмотревшись, понял, что представлял себе все совершенно по-другому. Вышку, парящую над лесом, с полным комфортом и полным комплектом, но на деле оказалось все иначе…

Степаныч соорудил  на дереве «засидку», из широкой доски сделал сидушку, сосну выбрал массивную с идеальным обзором на поляну. Вдоль дерева набил поперечены, по которым как по ступенькам  мне предстояло вскарабкаться наверх.

– Лезь! – Приказал он, – теперь это твой трон до утра! И не вздумай курить, шуршать и пердеть! Кабан хоть и не ждет атаки сверху, нюх у него отменный. Все запомнил?

– Ага!

Неумело вскарабкавшись на дерево, я тут же примерил трон, расположился, присмотрелся и начал ждать. Степаныч сразу  растворился, впрочем, как всегда, только собрался задать главный вопрос – «как отсюда выбираться»…  Постепенно тьма  спускалась на  лес, день лениво сменялся ночью, поляну освещала луна и от этого она становилась еще загадочнее. Сложно передать все ощущения охоты, но я их точно не забуду никогда. В ней так много таинственности, загадочности, неожиданности. Теперь осталось только разложить все необходимое под рукой, зарядить арбалет, сидеть неподвижно и ждать. Очень скоро я услышал, как в соседних кустах что-то зашуршало, легкий холодок пробежался по спине, стайка мурашек собралась на затылке, страх оставался еще на  несколько секунд. Предвкушение зверя вскружило голову, арбалет в полной боевой готовности ждал своего часа. Но рано делить шкуру не убитого медведя, примерно через полчаса шум прекратился, тело Артема затекло, правую руку пронзали тысячи иголок. Настроение упало, размять кости в драконовских условиях было проблематично, но, несмотря на обстоятельства, ему удалось. Сидеть в «засидке» дело скучное, но благодарное, остается только ждать, стадо вполне вероятно может заявиться под утро.

Наконец, на рассвете, на подкормочной площадке начали появляться поросята, страха у них еще не было, а через несколько минут вслед за ними неторопливо, осторожно стали выбираться из кустов старшие родственники. В хаотичном порядке разбрелись разведать обстановку, затем вернулись, разогнали мелочь и принялись  жадно поглощать корм.

– Вот он ответственный момент! – Прошептал Артем, дождался появления молодого секача, дал немного времени перекусить, правильно встать, затем натянул тетиву, прицелился в легкие, и…

В самый ответственный момент сработал закон подлости – жутко зачесалась пятка. Желание было настолько дикое, что мозг  отказывался сосредоточиться, хотелось только одного – почесать ее, но это означало крах всего, операция «охотник» стояла под угрозой. Собрав волю в  кулак, я попытался сосредоточиться на неподвижной мишени, другого шанса могло не представиться, только здесь и сейчас!  Рука слегка дрогнула, хотелось закрыть глаза, пятка уже ушла на второстепенный план. Стрела мчалась в мишень, не замечая ничего вокруг, рассекая прохладный, утренний воздух, стремительно достигнув цели жестко войдя в плоть. Визг  раздался моментально, стадо врассыпную, жертва прокрутилась несколько раз вокруг своей оси в поисках виновника и устремилась в лес. Кусты колыхнули, теперь будет непросто найти подранка, но сделать это необходимо. Добор подранка – моральный долг каждого охотника.

– Вот я лох! – Двинув ладонью по лбу, произнес Артем. – Не, ну это ж надо так опростоволоситься! Где ж тебя теперь искать, родимый? И Степаныч неизвестно где…

Стоило только вспомнить про лесника, как он уже стоял около дерева, смотрел, как я слезал и ехидно улыбался.

– Ну, что раззява, пошли искать!

– Он туда побежал, – указывая рукой в заросли кустарников. – Пойдем!

–  Не гони зверя, подожди! Сейчас у него мощный выброс адреналина в кровь, он прет, как танк через препятствия только потому, что его гонят.

Сначала мы стояли тихо, прислушивались, никуда не шли, тщательно осмотрели место подстрела, подождали полчаса и только потом направились по следу. В борьбе за жизнь зверь становится очень хитрым и опасным.

– Я не уверен, что ранение смертельно.

– Судя по характеру кровяного следа, да! Но ты все же попал в легкие. – Сделал заключение лесник. – Теперь наша задача дать ему залечь, пусть успокоится, приляжет.

Я жутко переживал, эти полчаса казались вечностью. Очень захотелось покурить, обыскав карманы, слава богу, нашлась пачка сигарет. Судорожно прикурил и наконец, вдохнул свою первую затяжку, голова слегка закружилась, ноги подкосило. Правее располагалось сваленное дерево заросшее мхом, я плюхнулся на него с огромной радостью. Птицы проснулись и приступили к утреннему пению, защебетали зарянки. Появились комары и мошки, странно раньше их не замечал. Я только сейчас начинаю осознавать, что нахожусь на охоте, что подстрелил кабана. Долгие тренировки дали неплохой результат.

– Пойдем, – прокричал Степаныч.

Шли по следу, брызги крови то исчезали, то появлялись вновь. Степаныч возглавлял поиск, держа перед собой ружье.

– Далеко он не ушел, будь наготове! Смотри в четыре пары глаз!

Кабан оказался сильный, плутали мы прилично, пока не наткнулись на его тушку, хоть ушел не далеко. Зверь устал, залег в кустах, истекая кровью. Силы полностью покинули его, встать он больше не мог.

– А теперь стой здесь! – Приказал лесник. – Запомни, подходить к раненому зверю надо осторожно, кабан может затаиться и бросится на охотника. Поэтому к лежащему зверью обязательно подходи со спины с арбалетом готовым к выстрелу. При этом внимательно следи за положением ушей, если они прижаты к голове, значит, зверь жив. Впечатлений было много, страх переплетенный с неизвестностью, ожидание и выстрел. Вес его составлял примерно 30-40 килограмм, и эту тушку мне предстояло как-то дотащить до машины.

Обратный путь всегда короче, но только не сейчас. Связав добычу, я упорно тащил ее на себе, Степаныч шел впереди. Солнце сквозь ветви проникало, согревая лесных обитателей. Я потел, матерился и потел, пока не добрался до поляны. Присел на поваленное дерево, бросил рядом кабана, снова прикурил и обнаружил под ногами свою кепку.

– Здорово! Ты как раз, кстати, солнце уже начинает припекать мою макушку! – Сказал Артем и натянул кепку на голову.

Лесник снова был потерян из вида и когда я стал присматриваться к местности, не обнаружил ни места подстрела, ни засидки.

– Странно, очень все странно, но место точно было это. Списав на усталость, Артем потащил свой трофей в сторону машины в надежде встретить своего проводника. Но чуда не случилось, Степаныча как ветром сдуло. Не самое приятное ощущение оказаться в незнакомом лесу одному. Тревога закралась в сознании, медленно нарастая, разные образы всплывали в голове, мысли обрастали страхом, воображение разыгралось не на шутку. С ужасом думая о предстоящем болоте тут же бросило в пот, жаль кабана бросать.

Пение птиц разлеталось по всему лесу, только стоило расслабиться как…

Препятствия на этом не закончились. Недалеко от меня  послышался хруст веток, я тут же замер. Тихо стоял и прислушивался, тревога вновь вспыхнула огненной волной. Рука медленно разжалась, выпустив веревку на зеленый, сочный травяной ковер. Дикий, беспощадный  зверь подбирался, защиты никакой, только дерево, но вряд ли я успею. Пожалев не одну сотню тысяч раз, что отдал арбалет Степанычу, приготовился к атаке. Взглядом нашел дубину, мысленно хватая, прорабатывал план. Штаны пока не накидал, это уже радовало.

Стая диких, голодных волков приближалась. Остановившись в нескольких метрах от меня звери замерли, вожак стоял впереди исследуя обстановку. От этого холодного, бешеного взгляда по телу пробежала волна жара, затем сменилась ледяным потом. Волки взвыли и кинулись ко мне, некоторые к кабану. Машинально схватив бревно, отвесил двоим, но их было слишком много. Они хватали острыми, безжалостными дикими клыками ноги, боли я пока не ощущал, успевал лишь отмахнуться от других. Нельзя было упасть, никак нельзя. В считаные секунды трофей лишился ноги и где-то рядом несколько из них приступили к трапезе. Силы покидали, махать бревном становилось все сложнее и бесполезнее, волки цеплялись за куртку, прогрызая насквозь, кровь сочилась, медленно прорываясь сквозь ткань. Только сейчас я начал осознавать, куда я вляпался, только сейчас я понял, что если чуда не произойдет этот табун лишит меня жизни, последнего вздоха. Сначала повалит на землю, затем  нанесет смертельный удар и потом разорвет тело на части. Хуже будет, если сначала разорвет на части, смертельного удара не последует и только боль и шок отпустит грешную душу на волю. Стоило об этом подумать, как молодой и прыткий враг резко запрыгнул на плечи, сбив меня с ног. Последний полет своей жизни был как в замедленном кадре. Он казался вечностью…

Послышались выстрелы, несколько волков взвыли и стали отступать. Еще выстрел и через несколько минут вновь вернулась  тишина.  Лесник стоял с ружьем, покачивая головой рассматривал меня. А я никак не мог прийти в себя, звериный оскал холодного, бешеного взгляда не покидал мое сознание.

– Ну, что, – произнес Степаныч, вешая ружье на плечо, – встать сможешь? Вот стоит тебя на секунду оставить, как ты на свой зад найдешь приключения. В кусты не сходишь спокойно.

– Нормально, вроде.

Оставить комментарий